Репортаж о Сальваторе Феррагамо до того, как он стал легендой.
Это перевод статьи «Fine Italian hand for shoes», которая вышла в журнале Vogue в июле 1937 года.
Традиция итальянских сапожников возрождается. В Париже есть великий Перуджа, чья обувь представлена в Saks-Fifth Avenue; есть Казале, Греко, Жоржетт и Палаццо. В Америке есть, среди прочих, Ла Валле, ДеЛизо и Ло Прести. А во Флоренции есть Сальваторе Феррагамо, ныне яркая особенная звезда, известная мудрым итальянским дамам и их друзьям. Совсем недавно он был открыт американскими обувщиками и торговцами, которые привезли некоторые из его моделей в коллекции готовой одежды в этой стране (среди них Saks-Fifth Avenue и И. Миллер).
Мастерская Феррагамо, где итальянские сапожники, воспитанные в традициях изготовления колодок и подошв, завершают работу, начатую Феррагамо. Машины не используются — каждая операция выполняется вручную.
Невысокий, темноволосый, с терпением яблока, созревающего на дереве, неаполитанец Феррагамо, которому около тридцати пяти лет, теперь владеет маленьким магазинчиком на Вилле Торнабуони — лавкой шириной около двенадцати футов, всего с восемью местами для сидения и несколькими парами обуви, выставленными на полу.
Остальное пространство магазина заполнено покупателями, которые вполне довольно ждут, иногда по два часа, пока Феррагамо не освободится, чтобы обслужить их. Больше некому им помочь. Обувь Ferragamo подгоняется самим Феррагамо. Он никого не торопит. Если кто-то уходит, он шепчет на своем беглом, негромком английском, который течет как темный сироп: «Она вернется».
Сам Феррагамо, изучив стопу клиентки своими чувствительными пальцами, чтобы определить структуру подлежащих костей, примеряет макет туфли (или маску) из шевро (тонкой кожи козленка), который он сконструировал на основе своих записей.
Более важным, чем его гениальные и изобретательные эскизы, чем само изготовление обуви, является вера и страсть Феррагамо к посадке его обуви. Когда приходит новая клиентка, он сначала тщательно изучает её стопу, исследуя костную структуру своими умными пальцами (он изучал медицину и хирургию).
Как только модель выбрана, он изготавливает макет или пробную туфлю из шевро (тонкой козьей кожи), сформированную по его записям, но не по измерениям. Он никогда не снимает мерки. Затем макет подгоняется с невероятной тщательностью и точностью, обрезая кожу, подкалывая её, совсем так, как если бы подгоняли платье.
Всё это делается для обеспечения трех моментов: во-первых, чтобы стопа, находясь в обуви, сохраняла каждый сустав в нормальном положении; во-вторых, чтобы длина была правильной; в-третьих, чтобы плюсневая дуга была свободна от веса тела. Ибо руководящий принцип дизайна обуви Ferragamo заключается в том, что вес тела должен падать вертикально на предплюсневую дугу (подъем), оставляя плюсну, или подушечку стопы, свободной от веса.
Еще один вид процесса подгонки макета туфли, когда Феррагамо подрезает и отделывает кожу с точностью портного. Деревянная колодка клиента всегда хранится в архиве.
Этот принцип вертикального веса на предплюсневую дугу не только устраняет, по его убеждению, любую возможность таких неромантичных атрибутов, как мозоли на стопах и опухшие лодыжки, но и способствует тому, что он радостно описывает как «изящная линия подъема, образующая ямочки под голеностопными суставами». По сути, это в большей степени вопрос научной подгонки, чем просто изготовления обуви.
Обувь Ferragamo, конечно, изготавливается полностью вручную. Во всей конструкции ботинка нет ни одной машинной операции. Итальянские сапожники вырастают, работая над обувью, и это означает, что они чувствуют каждую операцию своими руками.
На самом деле, отчасти потому, что он не мог найти таких чутких работников, Феррагамо покинул Голливуд после десяти лет изготовления обуви по шестьдесят пять долларов для звезд, чтобы открыть свое заведение во Флоренции. Его туфли теперь, по его словам, настолько «обласканы в процессе изготовления», что готовое изделие производит определенное впечатление этой страстной ручной работы.
Где-то, довольно далеко от магазина, у этого сапожника есть большая фабрика. Там он хранит колодки своих клиентов, многие из которых просто присылают ему записки, чтобы заказать новую обувь. Феррагамо — «чудесный маленький сапожник из Флоренции».
Один из последних эскизов Феррагамо — ботинок с ремешком из черного шевро. Созданный на основе пробной модели клиента, он воплощает великий принцип Феррагамо — вес тела должен приходиться на подъем.
КОММЕНТАРИИ К МАТЕРИАЛУ
Контекст
Материал вышел в эпоху, когда европейская обувная индустрия ещё держится на ремесленной системе производства, но массовое фабричное изготовление уже наступает. Италия в этот момент начинает формировать репутацию центра высококлассного обувного производства, которая позже станет частью глобального понятия Made in Italy. Феррагамо оказывается в точке перелома: между старым ремеслом и будущим индустрии люкса. Феррагамо здесь описан не как дизайнер, а как «сапожник». В 1930-е это ещё не понижение статуса, а высшая форма признания.
Имена и бренды
Salvatore Ferragamo — итальянский обувной дизайнер, один из главных новаторов XX века; создал научный подход к конструкции обуви.
Saks Fifth Avenue — один из главных американских люксовых универмагов; ранний проводник европейской моды в США.
André Perugia — французский обувной новатор итальянского происхождения, один из главных реформаторов обувного дизайна XX века; его эксперименты с формой и конструкцией повлияли и на Феррагамо.
И. Миллер (I. Miller) — крупный американский обувной ритейлер первой половины XX века, влиятельный дистрибьютор европейской обуви.
Термины и понятия
Шевро (Chevreau) — мягкая тонкая кожа козлёнка, использовавшаяся для изготовления люксовой обуви.
Колодка — деревянная форма стопы, по которой создаётся обувь конкретного клиента.
Плюсневая дуга — передняя часть свода стопы; ключевая зона распределения нагрузки при ходьбе.
Предплюсневая дуга (подъём) — центральная опорная часть стопы, на которую Феррагамо предлагал переносить основной вес тела.
Mock-up / макет туфли — пробная версия обуви для подгонки перед финальным изготовлением.